Интеллект и его развитие

Человеческий интеллект, или способность абстрактного мышления -одно из важнейших сущностных свойств чело­века. Человек, с позиций научного материализма, не локаль­ный и случайный э пизод эволюции, а необходимый результат бесконечного развития материи, ее «высший цвет», возникаю­щий «с железной необходимостью», заложенной «в самой природе материи» . Утверждение о случайном характере воз­никновения человека в мире, высказанное некоторыми фи ло­софами и естествоиспытателями, находится в явном противоречии с глубинными тенденциями совреме нной науки , которая в эпоху современной научно-технической революции убе ди­те льно показала, что человек— это результат единого законо­мерного мирового процесса, образованн ого необходимой пос­ледовательностью физической, химиче ской и биологической форм материи .
Человек — это микрокосм, в сокращенном и обобщенном в иде несущий в себе бесконечное многообразие материального мира. Это обусловило уникальный, хотя и естествен но возник­ший способ существования человека — производство своего собст венного бытия и своей сущности посредством преобра­зования природы. Человек—еди нственное образование в ми­ре, бытие и сущность которого — результат непрерывного творения самого себя.
Заключая в себе, в сокращенном и обобщенном виде, бес­конечное богатство материального мира, человек способен к бесконечному познани ю и преобразованию мира, бескон еч­ному творению своей материальной и духовной сущности. Человеческий труд и интеллект по природе своей бесконечны.
Сущность человека как микрокосма определяет смысл че­ловеческого существования, смысл его труда и и нтеллекту­ального творчества. Смысл человеческого существования— не вне человека, а в самом человеческом бытии, в производ­стве, творении своего бытия и своей сущности. Сущность и смысл человеческого существования опреде­ляют направление развития человеческой сущности и самого смысла существования: человек развивается в свою собствен­ную сущность; смысл его существования—углубление, погру­жение в свою неисчерпаемую человеческую сущность, беско­нечное углубление и обогащение своей сущности.
Развитие человеческой сущности происходит в процессе преобразования природной среды, создания «второй природы» (К. Маркс). Оно имеет, следовательно, и свои «внешние ори­ентиры»—освоение мира вширь (экспансия в космос) и вглубь. Однако собственно человеческое в этом движении заключается в развитии самой человеческой сущности, ее движении не во вне, а вглубь самой себя. Человек в своем развитии не имеет других внутренних ориентиров, кроме раз­вития своей сущности, углубления в свою бесконечную чело­веческую сущность.
Рассуждая более конкретно, смысл человеческого сущест­вования следует представить как бесконечное усложнение и обогащение творческого характера труда и творческих спо­собностей человеческого интеллекта. Одним из важнейших сущностных свойств человека явля­ется общение, отношение человека к человеку, включающее ф еномен ы собственности и свободы. Развитие этой стороны человеческой сущн ости заключается в бесконечном обо гаще­нии человеческих отношений, росте единст ва, человече ской общности и, следовательно, свободы. Свободное развитие каждого как условие свободного развития всех—важне йший при нцип будущего спо соба подлинного развит ия человеческой сущности. Этот способ предполагает полное устранение экс­плуатации человека человеком, ликвидацию тех обще ст вен­ных порядков, при которых человек может выступать сред­ством для других, а не единственной целью социального про­гресса.
Величие и достоинство человека заключается в бесконеч­ных возможностях его труда и интеллекта. Весьма при ме­чательно, что за трагивающее достоинство человека и его интеллекта утверждение о случай ности человека само оказы­вается н ичтожной мыслью, бессмысли цей, ибо «случайн ый человек», находящийся в случайном, поверхностном, бессо­держательном отношен ии к миру, не мог бы судить о своей случайности, так как для этого он должен быть в необ ходи­мом отношении к миру. Концепция «случайного человека» есть не что иное, как скрытая форма «парадокса лжеца ». Интеллект мстит за св ое унижение, обращая в бессмысл ицу утверждения о своей ничтожности .
Современная наука, включая философию, уже многое зн а­ет о сущности человеческого интеллекта. Наиболее общая природа интеллекта как способности отображения мира в понятиях, законы мышления, связь интеллекта с языком и т. д. раскрыты и объяснены весьма основательно. Однако остаются и более глубокие уровни неисчерпаемой сущности человеческого интеллекта, к изучению которых современн ая наука еще только приближается. К ни м, по нашему мнению. следует отнести в первую очередь те глубинные уровни чело­веческого интеллекта, которые закладываются в бесконечной предыстории интеллект а и скрыто «работают» в деятельности ин теллекта, обеспечивая его способность адекватно позна­вать мир.
Сущность человека, его интеллекта—аккумулят, син тез бесконечной последовательности природных сущностей, обра­зующих закономерный мировой процесс. В природе интеллек­та, следовательно, заложено нечто существенное от физиче­ской, химической и биологической ступеней эволюции мира. Наиболее общие теоретические подступы к решению этой проблемы созданы в исследованиях единого закономерного мирового процесса, проводимых последние три десятилети я сотрудниками кафедры фи лософии Пермского ун иверситета. Эти исследовани я показали , что при рода человека и его и н­теллекта должна включать в себя нечто важн ое от масс-энергетической природы физической формы материи, над-массэнергетической природы химизма, приспособительной сущно­сти живой материи. В сущность ин теллекта каким-то образом должен быть включен масс-энергетический при нцип физиче­ского, над-массэнергетический принцип прямого субстратного синтеза химического мира, при нцип самосохранен ия через приспособление к среде живой материи.
Логические законы и формы интеллекта возникли из «ло­гики» физических, химических и биологических процессов и взаимодействий. Ближайшим образом эти законы обуслов­лены и подготовлены «аксиомой» естественного отбора, вклю­чающей как слой непосредственного случайностного отбора по способу «проб и ошибок», так и скрытую под ним глубин­ную тенденцию живого к саморазвитию, ускользающую от современных интерпретаций синтетической теории эволюции.
1.2. Предыстория интеллекта
Непосредственным предшественником человеческого ин­теллекта выступает так называемое «конкретное мышление», или мышление «конкретами», чувственными образами (И. М. Сеченов, И. П. Павлов). Природа, структура и «ло­гика» конкретного мышления еще весьма плохо изучены. Принято считать, что психика высших животных базируется на двух основных видах реакций—инстинктах и временных связях (ассоциациях). И нстинкты—врожденные, передавае­мые по наследству видовые формы поведения и отражения среды, сложившиеся в результате многих тысячелетий биоло­гической эволюции. Ассоциации имеют прижизненный харак­тер, формируются в результате индивидуального приспособ­ления к среде, составляют индивидуальный прижизненный опыт животного. Ассоциации—отражение внешних связей между различными воспринимаемыми животными явлениями ср еды—звуками, запахами и т. д.
Инсти нкты и ассоциации, в их сложной форме, входят так­же в состав психики человека, образуя очеловеченный биоло­гический фундамент его сознания, интеллектуальной деятельности. К инстинктам чел овека можн о отн ести основной, обоб щающий инстинкт жизни (или самосохранения), двигате ль­ный, половой, родственный, познавательный инстинкты.
Согласно представлениям современной психофизиологии психическая деятельность животных и человека имеет свою физиологическую основу или фундамент, которая составлена прежде всего безусловными (врожденными, ви довыми) и ус­ловными (прижизненно образующимися) ре флексами. Теория условных и безусловных рефлексов, созданная И. М. Сечено­вым, И. П. Павловым и их многочисленными последовате­лями, раскрывая физиологический фундамент психической деятельности, способствовала поискам путей эксперименталь­ного исследования психики. Вместе с тем некоторыми после­дователями этой школы была создана чрезмерно прямолиней­ная концепция психического, трактовавшая психику либо как рефлекс, либо как определенную его (наряду с физиологиче ­ской) сторону (А. Г. Иванов-Смолен ский, К. М. Быков, С. П. Рубинштейн, А. Н. Леонтьев). Эта концепция коренным образом расходилась с представлениями И. М. Сеченова и И.П. Павлова, которые понимали рефлекс как чисто физи­ологическое явление, лежащее в основе психической деятель­ности .
Существовали различные варианты концепции «рефлек­торной природы психики»—от почти полного сведения психи­ческого, к рефлексам и физиологическому до попыток отстоять относительную самостоятельность и специфичность пси хиче­ского в рамках рефлекса, однако все они фактически призна­вали рефлекс первой и исходной единицей психической деятельности и, следовательно, интеллекта. Разрабатывая концепцию рефлекторных основ психики животных и чело­века, И. П. Павлов категорически возражал против объясне­ния психических явлений у человека условными рефлексами. Более того, И. П. Павлов считал, что и психическая деятель­ность животных не является совокупностью условных реф­лексов. В опытах над шимпанзе (Рафаэлем и Розой) последние должны были решать задачу—достать банан, подвешенный к потолку клетки, с помощью нескольких ящи­ков разного размера. После некоторого количества проб и ошибок Рафаэль научился составлять ящики в порядке убывания их величины, т. е. строить устойчивую пирамиду. Характе ризуя эти опыты, П. П. Павлов говорил на одн ой из своих знаменитых «сред»: «... когда обезьяна строит свою вышку, чтобы достать плод, то это «условным рефлексом» назвать нельзя. Это есть случай образования знани я, уловле­ния нормальной связи вещей. Это—другой случай».
У человекообразных обезьян и, шире, высших животных существует способн ость образовани я своего рода знания. «уловления нормальной связи вещей». Чем такого рода реак­ции или связи в психи ке (ассоциации) животных отличаются от условных рефлексов? Классический условный рефлекс— это нервная связь двух пунктов коры больших полушари й, фиксирующая (отображающая) связь какого-либо внешнего явления (звук, запах и др.), выступающего в качестве индиф­ферентного для организма внешнего раздражителя, с другим, непосре дственно биологически значимым для органи зма (пи ­щей, врагом и т. д.). Само по себе безразличное для орга­низма, не имеющее непосредственной биологической зн ачи­мости явлени е (например звонок), связанное с появлением пищи, становится сигналом пищи, безусловного раздражи­теля и приобретает поэтому биологическую значимость для органи зма. Связь звонка с пищей имеет характер временного совпаден ия, т. е. внешней связи. Однако сигнальная связь обладает объективным «смыслом» для животного, ибо сви де ­тельствует о появ лении пищи, врага и т. п. Поэтому усл овный ре флекс не является некой простой механической связью сове ршенно разнородных событий и может служить генети че­ской предпосылкой образовани я более сложных, пси хологи че ­ских связей, означающих образовани е знания, «уловление нормал ьной связи вещей».
В связях ти па, названного И. П. Павловым образование м знания, отображаются внешни е, а не причи нные, сущностные связи вещей Однако в этих внешни х связях выражаются, «просвечив ают» необходимые, сущностные связи, и бо биоло­ги ческ ая зн ачи мость внешних явлений имеет не случайный, существенный характе р. Животное мыслит чувственны ми образами , а не понятия ми, которые е ди нственно способн ы схватыв ать сущностны е стороны действи тельн ости. Однако имплицитно, в скрытой и неосознанной форме, это знание отображае т сущностные стороны действ ительности. Приспособительный способ существовани я жив отн ого обусловли вает н епосредственное з нани е явлени й, в то время как сущностная сторона реал ьных яв лений остается скрытой.
Сущность жизни заключается в неустранимой тенденции живого к самосохранению, осуществляемой Путем адаптации, приспособления к среде. Для приспособительного способа существования необходимо и достаточно отображение внеш­них сторон действительности. Человек возникает в результате закономерного развития внутреннего противоречия жизни: абсолютная по своей природе тенденция живого к самосохра­нению «выносит» живое за пределы относительно «слабого» и ограниченного способа деятельности—приспособления к среде и порождает более эффективный и мощный способ дея­тельности — преобразование среды, производство своего соб­ственного существования, свойственный человеку как высшей форме материи.
Производящий способ существования необходимо порож­дает и принципиально новую форму мышления—человече­ский интеллект, способный отображать как явления, так и сущность действи тельного мира. Для человеческого интеллек­та предметом отображения становится бесконечный мир и собственная неисчерпаемая человеческая сущность. Интеллект по своей природе бесконечен. Выступая одни м из основных (наряду с трудом) атрибутов или «сущностных сил» человека, возникшего в результате бесконечной эволюции мира, чело­веческий интеллект становится в отношение к бесконечному в мире и человеческой сущности. Если мышление животн ого «находится в отношении» лишь к конечной части внешней среды, то человеческий интеллект с момента своего появления самой бесконечной историей своего возникновения «открыт» в бесконечность, вступает в диалог с бесконечным миром. В способности бесконечного творчества, познания и измене­ния мира — достоинство и величие человеческого инте ллекта.
ТЕМА 2. ПЕРВОБЫТНЫЙ ИНТЕЛЛЕКТ
Исследование первобытного интеллекта представляет, по-видимому, еще большие трудности, чем его биологической предыстории, поскольку применение эксперимен тальных ме­тодов здесь вряд ли возможно. Одним из важнейших показ а­телей формирования и развития первобытного интелле кта выступают его главные результаты, дошедшие до нашего вре ­мени—ископаемые орудия труда первобытного че лов ека. Шествие человеческого разума начинается с первого «косми ческого» дости жени я че ловека — создания первых оруди й тру­да, практически и духовно поставивших человека в отношение к бесконечному миру.
Человеческий способ существования—преобразование ок­ружающего . мира, производство не существующих в природе условий своего существования—обусловил первую и важнейшую парадигму человеческого интеллекта — соответствие мысли реальности, объективность отображения реальности. Коренным условием существования и развития человека ста­новится познание в се более существенных свойств и связей при родных объектов, феноменологических проявлений зако­нов природы, а с определенного, достаточно высокого уровня развития общества—законов природы и общества.
Первобытный человек должен был обладать весьма об­ширными наблюдениями и знаниями системы природных яв­лений, их временной и сезонной последовательности и т. д. Необходимо допустить, что интеллект этого пери ода развития общества обладал простейшей логикой, в той или иной мере воспроизводившей «логику вещей», логику природных связей и регулярностей, от которых прямым образом зависело су­ществование че ловека.
В процесс е складывани я этой «логики вещей» в логике ин теллекта до лжны были , очевидно, постепенно складываться и четыре основных формально-логических закона—тождест­ва, проти воречия, исключенного третьего, достаточного осно­вания . Однако сами по себе эти законы присущи уже только достаточно разви тому, зрелому интеллекту и время их окон­чательн ого формировани я в человеческом интеллекте устано­вить трудно. Вероятн о, это следует отнести только к периоду античн ого интеллекта.
Ес тественно предположить, что на определенном, сравни ­тельно высоком уровне развития первобытного труда и ин­теллекта перед чело веком становится задача объяснения системы природных явлени й, с чем следует связать возникно­вение нового ур овня интеллекта — объясняющего. К возник­новению этого уровня толкала деятельная пр актическая природа человека, поскольку прои зводящая деятель ность че­ловека, или труд, есть при чинная деятельность, неизбежно порождающая причинный интеллек т, т. е. объясняющий ин­теллект.
Изв естный и сследова тель первобытного и нтеллекта Леви- Брю ль (1857—1939) различал индивидуальный и коллективный интеллект. Он считал, что и ндивидуальный интеллект был основан на общих законах формальной логики, поскольку иначе человек не мог бы выжить в борьбе за существование. Однако коллективный интеллект имел дологический (пралогический) характер. Основой его служил закон партиципации (сопричастия), в соответствии с которым первобытный чело­век полагал, что воспринимаемый объект может находиться одновременно в различных местах, изображение объекта тождественн о самому объекту (поэтому воздействие на изо­бражение животного влечет будущую удачу на охоте) и т.д. Дологическое мышление, по Леви-Брюлю, воплощалось в коллективных обрядах и мифах. Концепция дологического мышления подверглась серьезной критике в советской и зару­бежной науке. Да и ее автор в конце своей жизни не склонен был чрезмерно отстаивать дологический характер первобыт­ного мышления.
Нам представляется ,что в области отображения н епосред­ственных типических свойств и связей природных явлений первобытное мышление имело скорее логический, чем доло­гический характер. Однако не следует переоценивать логиче­скую природу первобытного мышления и тем самым превра­щать законы логики в слишком легкий и скороспелый дар человеческой мысли. Логическое мышление не могло сло­житься сразу, оно должно было пройти ряд этапов, начи ная с этапа незрелого, несложившегося логического мышления , которое вряд ли могло быть основано на «четко очерченных», готовых законах тождества, противоречия, исключенн ого третьего, достаточного основания. Представляется, что перво­бытное мышление было основано скорее на повторяющейся «логике вещей», т. е. устойчивых, регулярных связях явлений природы. В недрах этой логики складывались собственн о формально-логические законы.
Следует различать, далее, «пласт» мышления, связан ный с совокупностью наблюдаемых повторяющихся я вл ени й приро­ды, и «объяснительный» пласт, в пределах которого склады­вание формальной логики происходило особенно сложным образом. Необходимо различать поэтому процессы логизации непосредственного, конкретного у ровня мышления и мышле­ния объяснительного. «Дологическое мышление» Леви-Брюля явно относилось к пос леднему уровню. В мышлении первобытною человека возникают две основные пара дигмы, или типа ин теллект а.—ре алистиче ская и иллюзорна я, фантастическа я. Пе рвая заключала сь в пони ма­нии вещей такими, какими они являются сами по себе, в их объяснении «из самих себя», без каких-либо посторонних при­бавлений. Эта парадигма имела мощное биологическое осно­вание, ибо приспособительный образ жизни животного пред­полагает адекватное отражение внешней среды. Еще более сильные основания парадигма реализма получила с возник­новением социального образа жизни, ибо преобразование природной среды, производство собственной жизни еще в большей мере, чем приспособительный образ жизни, нужда­ется в адекватности отражения, без которой невозможно создание «второй природы». Реалист ическая парадигма про­ходит через всю историю человечества и определяет все до­стижения человеческого интеллекта. На известной ступени развития она получает свое философское выражение преиму­щественно в форме материализма, поднимающего эту пара­дигму до уровня высокой и продуктивной абстракции. Опре­деленные элементы реалистической парадигмы неизбежно возникали и в пределах идеалистических концепций, обуслов­ливая все те действительные реалистические достижения, которые в сущности оказывались материалистическими по своему содержанию. К ним можно отнести, например, все рациональное содержание идеалистической диалектики Кан­та. Фихте, Шеллинга и особенно Гегеля.
Вторая, конкурирующая, парадигма человеческого ин­теллекта связана с единственно возможной альтернативой реалистической парадигмы—бессознательным переносом на природные явления человеческих качеств, прежде всего спо­собности мышления и сознательного действия. Возникновение антропоморфической парадигмы с зарождением слоя объяс­нительного мышления было необходимым и неизбежным ша­гом человеческого интеллекта. Явления природы, их упоря­доченность. закономерную последовательность первобытный человек мог объяснить лишь по обра зцу и подобию собствен­ного сознательного поведения. Активность природы получала характер преднамеренных действий, которые стали приписы­в аться духам, духовным существам.
Природа и структура человеческой пси хики таковы, что собственные сознательные действия уже на самых ранних этапах развития человека становятся п редметом непосред­ственных наблюдений и осознания. В деятельной природе чел ов ека и его психи ки заложены предпосылки первоначаль­н ого объяснения природных явлен ий по образцу человеческих сознательных действи й. Эта предпосыл ка легко обн аружи ва­ется и в психологии ребенка, в известном возрасте приписы­вающего вещам хорошие и плохие намерения. Поскольку для первобытного человека сознательное действие выступало как нечто естественное и обычное, природные явления легче было объяснить сознанием, волей, намерениями.
Исторически первой целостной: формой или типом объяс­няющего интеллекта является миф. Миф представляет собой попытку фантастического объяснения окружающего мира и жизни общества. Он выступает в качестве предшественн ика или. примитивного варианта мировозз рения. Мифы имеют характер повествования о событиях прошлого или будущего, о возникновении мира, богов, животных, людей (космогони­ческие мифы), племен (этнографические), круговороте времен года, погодных явлениях, деяниях героев и т.д. В большинстве космогонических мифов мир расс матривается как возникший из первоначального хаоса, из которого вышли земля, небо, подземный мир, боги, создающие людей. В этих мифах явно цесса возникновения порядка из хаоса. Однако в остальном присутствуют элементы реализма, стихийного материализма, поскольку боги оказы ваются результатом естественного про в мифологии преобладает деятельность богов, фантастиче­ских существ, животных, наделенных Чертами человека. Ан­тропоморфическая парадигма составляет основу мифологиче­ского типа мышления.
Мифы включали первые примитивные абстракции хаоса, порядка, земли, неба, людей, богов, животных и т. д. В них были заложены зачатки более поздних абстракций закона и закономерности (возникновение порядка из хаоса), мате­рии, богов и т. д. Вместе с тем в мифе все облечено в форму образов. Мифы содержат определенные предписания, регули­рующие поведение людей, определенные социальные запреты, выступающие регуляторами общественной жизни.
Фундаментальной чертой мифологического типа интеллек­та является то, что мир предстает в мифах однопланово, как последовательность событий или феноменов, за которыми не скрывается никакого сущностного мира. Мифологическое мышление не различает являющийся и сущностнь м миры. Боги, духи, животные выступают в качестве действующих лиц в однопланово развертывающейся истории мира.
Мифологический тип интеллекта был тесно связан с обрядной стороной жизни первобытного общества. Важным компонентом мифологического мышления выступало магиче­ское мышлен ие, основанное не на знании действительных причинных связей, а на упомян утом принци пе партиципации.
С мифологическим типом интеллекта впервые возникает феномен, прошедший всю историю человечества вплоть до наших дней, выражающий как силу, так и слабость интеллек­та: вымышленные реальности (боги, духи и т. д.) надолго при обретают в определенных сферах человеческой жизни роль заместителя действительной, объективной реальности и даже становятся выше последней. Мифы длительное время служили одним из важнейших регуляторов общественной жизни, обусловливали коллективные чувства и умонастрое­ния, среди, которых главную роль играл страх перед таинст­венными си лами мира.
Превращение вымыслов в мнимо подлинную реальность хорошо описал Вайпулданья, один из немногих «цивилизовав­шихся» аборигенов Австралии. По его свидетельству, магиче­ские действия колдунов вызывали вполне реальные послед­ствия, например, гибель «отпетого» колдуном члена племени, даже если последний и не знал о своем «отпевании» . Абсо­лютная вера в сверхъестественные возможности колдуна, страх, гипнотическое внушение (включая внушение на рас­стоянии) превращали мистический вымысел в реальный фак­тор человеческой жизни.
Мифологический тип интеллекта вошел в следующую, бо­лее высокую, форму интеллекта — религиозны й тип интеллек­та. Кроме того, он сохранился и в относительно самостоятель­ном виде, хотя и в новых формах, в структуре интеллекта современного человека. К ним можно отнести, например, имевший трагические последствия фашистский миф о превос­ходстве «нордической расы», подчинивший своему влиянию значительную часть населения Германии в 30—40-е гг. Широ­кое распространение имел миф о вечности капитализма, в значительной мере подорванный в представлениях современ­ного человечества. Распространен миф о вечности частной собственности, которая будто бы вытекает из самой природы . человеческих индивидов, а не из содержания и характера общественного труда и технологий. В пос ледние годы в силу ряда причин в нашей стране получил, хождение «рыночный миф», также заметно разрушенны й опы том развитых капита­листических стран, опытом строительства социализма в СССР. Религия — более сложное, чем мифология, явление духов­ной жизни общества. Она включает систему представлений - о сверхъестественных силах—богах. Возникшая 40— 50 тысяч л ет н азад религия первон ачально мало отли чается от мифо­логии , вби рает в себя зн ачительн ую часть ми фов, отвечающих складывающемуся вероучению. Наличие усложняющегося в ероучения, т. е. системы, взглядов, приобретающи х все более абстрактный характер,—одно из важн ейших отличий религии от мифа. Вместе с тем религия всегда сохраняет в о многом образный характер, выражает вероучение в образной форме, делающей ее доступной всем слоям общества.
Характерной чертой религии является культ богов и, сле­довательно, развитая обрядная сторона, заимствующая мно­гое из магического мышления и действий. Религия связана также с особым социальным институтом — церковью.
Религия выступает как более развитая, чем мифология. форма мышления, основанная на парадигме фантастического объяснения, или антропоморфической парадигме. Объяснение ми ра по образцу и подобию человека и сознательного чело­в еческого действия приобретает в религии, особенно в ее развитых формах античного н феодального времени, наиболее явный и предельный характер. В центре религиозного вер о­учения находятся боги или единый бог, обладающие чертами, которые представляют собой гипертрофированные свойства человека—разум, волю, милосердие и т.» д. Антропоморфизм религии был подмечен мыслителями начиная с античного философа Ксенофана и кончая философом XIX в. Л. Фейербахом.
В религиозном мышлении более, чем в мифе, представлена объяснительная сторона, однако это объяснение имеет своим пределом понятие бога, возникновение которого (понятия) остается для религиозного интеллекта по существу неразре­шимым вопросом. Конечным логическим основанием религи­озного объяснения оказываются не законы логики, а пара­дигма антропоморфизма, окруженная слоем логического ту­мана. Подлинной конечной основой религиозного интелле кта выступают не логика и разум, а вера.

Внимание, отключите Adblock

Вы посетили наш сайт со включенным блокировщиком рекламы!
Ссылка для скачивания станет доступной сразу после отключения Adblock!

Скачать полную версию